О способности с отрешенностью смотреть как разрушаются человеческие уверенности (I)

Менее двух месяцев назад мы писали о необходимости прекратить ежедневную суету, отчужденный бег, который отнимает у нас время с нашими близкими. Потребовалась беспрецедентная санитарная неотложность, чтобы обуздать смятение, охватившее весь мир, а вопрос, который возникает всё чаще и чаще в эти дни - «извлекли ли мы из этого уроки?».

Современный человек, у которого осталось слишком мало времени, чтобы услышать свои мысли и вопросы о собственной внутренней пустоте, постепенно обнаруживает свою хрупкость, а информационная лавина потребительского общества, видимо, совсем не облегчает его поиск.

До недавнего времени в наших деревнях царила грустная, гнетущая тишина, которая почти неестественно контрастировала с веселием цветущей весны. В деревне люди не бежат сломя голову, чтобы успеть на метро в 8:02, не подпрыгивают на каблуках, чтобы добраться в офис до прихода своего начальника, не мчатся, теряя воздух, чтобы успеть забрать ребёнка до 17:30, когда заканчивается рабочий день детского сада. Здесь человеку, всё-таки, ещё удаётся контролировать сумасшедшие сроки ежедневного бега, которые до краев переполняют его сушествование. Здесь, как бы парадоксально это ни звучало, людям удаётся чаще размышлять о том, что происходит вокруг них и в мире, в котором они живут.

В нашем повседневном высокомерии и предразумности, среди риторики, утончённости  общения и абсцессов политкорректности, мы забываем о том, что в этом мире есть простые люди, люди, которые живут незаметно и у которых мало что осталось. А это - Церковь, для многих - единственный оазис мира и облегчения. Многие не поймут. Мы слишком ослеплены индивидуальным, частичным взглядом на мир, чтобы понять правду другого. Все конфликты и несправедливости этого мира можно было бы преодолеть, если мы перестали оправдывать исключительно себя, упорно отрицая справедливость другого.

Страстную Неделю, Воскресение Христово и последующие дни, посвященные Господу, староверы Румынии отпраздновали дома, углублённые в постоянном чувстве неуместности, как-то находясь вне естественного.

Бывают моменты в жизни, которые поражают любого человека, решаюшего жить по вере: это чувство кома в горле и слезящиеся глаза священника, которому приходится петь  в одиночку «Христос воскресе!» на утрене Воскресения Христова, когда в благие времена стихи Пасхального Канона прозвучали в голосах, разнесшихся по всей церкви. Это осколок  голоса, сопровождаемый долгой паузой, при произнесении молитвы «Всех вас да помянет Господь Бог во Царствии Своем всегда и ныне и присно, и во веки веком» перед слишком опустевшей церковью, чтобы принять Честные Дары.

Может быть, мы все являемся свидетелями появления  новой эры феномена староверия. Это дни, когда для многих, красный уголок с иконами своего дома стал, в своей душевности, домом Господним. Каждый их нас стал свидетелем необычайной мобилизации со стороны священников и церковнослужителей, которые всё это время постарались сохранить близость своей верующей общины. Это была длительная и подавляющая борьба, которая велась одновременно на двух фронтах: с одной стороны –духовном, преобразованном во время поста и источником которого является непрерывная молитва, с другой стороны - прагматическом, основанном на самых «людских» соображениях. Таким образом, несмотря на специфический консерватизм и неповрежденное сохранение старых религиозных заповедей, которые обеспечили выживание нашей Церкви в самые жестокие времена, она прибегла даже к обвиняемой – сомнительно или нет - технологии, сумевше использовать её для той цели, для которой она была создана: чтобы сблизить людей. Итак, сообщение государственной администрации было воспринято с полной ответственностью, а стресс неизвестного - с достойным терпением.

От наших узнаю, каково это подниматься после падения, каково быть в постоянном поиске, что значит адаптирование. Сколько мудрости в учении предков! Повседневная жизнь наших бабушек и дедушек в деревне кажется простой, но это совсем не так. Это долгие и трудные годы разных работ, изменения многих профессий во многих местах, обработка земель предков. Над всем этим, нескончаемо сохраняется особенный долг, глубоко укоренившийся в их образе бытия - это постоянное возвращение к истокам.

Земля не дожидает - говорят многие. И я не могу не думать о том, насколько они счастливы по той простой причине, что она у них есть. Сельское хозяйство не делается в режиме онлайн или удалённым управлением. Сегодня, как и в предыдущие дни, у наших стариков дела. Неважно, сколько им лет - во дворе и на огороде работа не кончается, потому что природа неизменно идёт своим чередом: деревья продолжают цвести, трава продолжает расти, наседки продолжают выводить цыплят, а животные просить пищи. С пьедестала своей мудрости, разработанной голодом, войной и одиночеством, наши бабушки и дедушки с естественной отрешенностью смотрят как меняется наш мир и как разрушаются человеческие уверенности. Они не верят ни во всеведущее информационное общество, ни в непогрешимость науки. Потому что их уверенности другого рода и не принадлежат миру сему.

Наступает время, когда мы понимаем, что все наши планы, проекты, уверенность, с которой мы наполняли повестку дня на несколько недель, социальные модели настолько дотошно структурированы - это просто пыль на ветру. В конце концов, что такое наука без духовного знания? - спрашивают себя те, кто увековечивает духовные ценности всего рода.

Я всегда восхищалась естественной и, в то же время, необычайной способностью окружающих нас пожилых людей контролировать свои непропорциональные эмоции, будь то позитивные, негативные или нейтральные. О жизни и о смерти заботится Господь, говорят они. Чудо веры состоит в том, что, хотя она физически неощутима, она сопротивляется самым сложным испытаниям и сохраняется, часто становясь даже более стойкой, чем прежде. Ни столетия религиозных преследований, ни природные катаклизмы, ни обманчивые искушения современного общества не остановили верующих людей защищать свой духовный мир.

Продолжение - часть II